2018-07-02T05:11:09+03:00

Юлия Белорукова: «Хочу бегать только за Республику Коми»

После триумфального «бронзового» выступления на Олимпиаде в Пхёнчхане в феврале 2018 года о молодой девушке из небольшого городка Коми заговорили как о будущем российского спорта
Все считаю меня сугубо спринтером, но я всеми силами этому препятствую и хочу доказать, что я универсальный спортсменВсе считаю меня сугубо спринтером, но я всеми силами этому препятствую и хочу доказать, что я универсальный спортсменФото: Из личного архива героя публикации
Изменить размер текста:

Журналист «КП-Авиа» встретилась с Юлией Белоруковой во время Чемпионата России по лыжным гонкам в Сыктывкаре и узнала, о чем теперь мечтает олимпийский призер.

– Как вы начали заниматься лыжными гонками?

– Я родилась в Сосногорске, а это достаточно маленький город. Зима тут начинается рано. Лыжами первым в нашей семье начал заниматься мой брат, а потом я пошла по его стопам. Сначала это было больше веселье с прикольными ребятами и девчонками. Потом ты подрастаешь, начинаются серьезные соревнования, и ты понимаешь, что тебе хочется выигрывать.

– Ваш первый тренер Галина Ветрова рассказывала, что вы были очень упертым ребенком.

– Да. У меня был непростой характер, потому что если мне что-то не нравилось, то я об этом говорила в открытую. Уже сейчас вся эта спортивная злость уходит. Многие говорят, что без нее спортсмену некуда, но мне кажется наоборот – должно быть понимание и расслабленность. В спорте нет места злости.

– В каком возрасте вы поняли, что можете добиться серьезного результата?

– Не было определенного года. Я просто делала небольшие шаги в сторону больших результатов. И я благодарна моим тренерам, которые задавали мне верное направление.

В этом плане они шикарные специалисты. Еще когда мы были детьми, они нам говорили, что ничего страшного, если не будет больших результатов. Главное, чтобы все стали хорошими людьми. Я до сих пор ставлю их всем в пример.

– Вы продолжаете с ними общаться?

– Конечно! Они – моя семья.

– Многих лыжниц отличает довольно мускулистое телосложение. Боялись ли вы за свою фигуру?

– Честно говоря, я никогда об этом не думала, но видела девчонок, которые из-за этого переживают. Они исключали какие-то продукты из своего рациона, потому что опасались, что из-за них могут вырасти мышцы.

На самом деле у лыжников все это «выбегивается». У нас хоть и «лошадиный» спорт, но мы не бодибилдеры.

Считаю, что длинные волосы это красиво Фото: Из личного архива героя публикации

Считаю, что длинные волосы это красивоФото: Из личного архива героя публикации

– Среди других лыжниц вы выделяетесь роскошной длинной косой. Мешает ли она вам?

– Меня постоянно об этом спрашивают.

Я всем говорю, что не мешает. Считаю, что длинные волосы это красиво. Вообще любые волосы красивые. Главное, чтобы они были ухоженные. Здесь дело вкуса, но мне нравится, когда у русских девчонок сзади косички, а у других нет.

– Спортивный сезон окончен. Уже запланировали летний отдых?

– Летом мы не будем отдыхать. Сейчас нам дали один месяц «отгула». Уже в мае начинаются сборы. Сейчас я съезжу к своей семье. Очень по ним соскучилась. Потом планирую с молодым человеком и друзьями посетить Грузию.

– Как много вещей вы берете с собой в дорогу?

– Обычно я собираю одну большую сумку, одну маленькую, большой рюкзак и один лыжный чехол. Кстати, когда мы в Европе, то чехол мне помогает носить кто-то из команды, а в России вся ответственность за него лежит уже на мне. Из одежды я обычно беру спортивные костюмы на разную погоду. Например, летом может быть жарко и дождливо, а потом поднимаешься в горы, а там уже прохладно. Из обуви это несколько пар кроссовок: для бега, имитации, зала. И несколько косметичек.

– Возите ли с собой платья, юбки, туфли на каблуках?

– Нет. Мне попросту некуда это надеть. Такая «женская» одежда висит у нас дома. На сборах у нас спортивный дресс-код. Ведь чаще всего мы находимся не в городах, а на периферии. Там даже некуда в этом выйти.

– Краситесь ли вы во время гонок?

– Я в принципе не крашусь. Мне кажется, что пока я в этом не нуждаюсь. Только если это не какое-то официальное мероприятие. Тогда можно сделать исключение.

– Считали, сколько стран вы посетили?

– Раньше вела список, но теперь перестала.

– Подготовка к Олимпиаде отличалась от других сборов?

– Нет. У нас был точно такой же сбор, как каждый год. Единственное, что чувствовалось – это напряжение от СМИ: всем было интересно, о чем мы думаем и как мы настроены. Все говорили, что на Играх мы будем «белыми воронами». Но когда мы приехали в Корею, то ничего этого не почувствовали. Да, у нас не было флага, герба, но это не значит, что мы приехали из неизвестной страны. Все понимали, откуда мы и за что мы боремся.

– Были у вас сомнения по поводу поездки?

– Не было и не могло быть. На эту тему мы разговаривали еще летом. Егор Сорин (Помощник главного тренера. – Ред.) спросил нас, а что если получится так, что будет нейтральный флаг? Что мы будем делать? Все единогласно сказали, что все равно поедем.

– Что вам больше всего запомнилось в Корее?

– Приветливые люди. И еще я привезла из Кореи очень много сувениров, несколько сумок. Уже всем все раздарила. Купила кучу олимпийских мишек, магниты, косметику, блокноты. Тренерам привезла маленький олимпийский факел.

– Корейская трасса чем-то отличается от европейских, российских?

– Когда мы приехали и пошли на первую тренировку, то очень удивились снегу. Он там очень специфический: натуральный вперемешку с искусственным. Такое чувство, что ты едешь по пластилину. В Европе снег либо натуральный, либо искусственный. А тут его смешали и получилась ядерная смесь.

Я ехала и понимала, что передо мной остались только две соперницы Фото: Из личного архива героя публикации

Я ехала и понимала, что передо мной остались только две соперницыФото: Из личного архива героя публикации

– Кто помогает вам готовиться к стартам?

– Мой тренер Маркус Крамер, его помощник Егор Сорин, массажист, доктор, смазчики.

– Сколько у вас пар лыж?

– Около 40. А лыжных ботинок всего две пары: на классику и на конек. На самом деле очень трудно найти именно свои ботинки, которые идеально подойдут. Лично у меня был очень длительный поиск. Кажется, что это все мелочи, но на деле это все очень важно, из мелочей складывается общая картина.

– Вы больше спринтер или дистанционщик?

– Все считаю меня сугубо спринтером, но я всеми силами этому препятствую и хочу доказать, что я универсальный спортсмен.

– Что вы почувствовали после того, как финишировали третьей в личном спринте на Олимпиаде?

– Я ехала и понимала, что передо мной остались только две соперницы. Я пересекаю финишную черту, смотрю на табло и понимаю, что я третья. Прошла минута. Я все смотрю на табло, но не понимаю, что происходит. Это были такие эмоции, которых ты никогда не испытаешь в обычной жизни. С ними ничто не сравнится. Конечно, выйти замуж, родить ребенка – сейчас я не представляю, что это такое. Но в плане спортивной жизни занять призовое место на Олимпиаде – это те эмоции, которые даются далеко не каждому.

– Кто первый поздравил вас с медалью?

– Уже и не помню. После финиша посмотрела в телефон, а там куча пропущенных звонков и сообщений. Я начала сама перезванивать, а там кто в слезах, кто улыбается. Это круто. Даже потом на Чемпионате России в Сыктывкаре ко мне подходили люди и говорили: «Юля, мы с тобой плакали. Сидели у телевизоров и у нас тряслись ноги. После твоего финиша мы ревели».

– Смогли уснуть после такого?

– Нет. Я легла спать и не могла поверить.

У меня было столько эмоций. Тогда я не знала, что это опустошает. Я должна была настроиться на следующие гонки, а в результате полностью выплеснулась.

– Что почувствовали после второй «бронзы»?

– Я была рада, но была уже спокойнее.

– Было чувство «проснулась знаменитой»?

– Не скажу, что я стала знаменитой, просто чуть более узнаваемой. Да, сразу появились подписчики в Instagram. Все начали мне писать. Но это было второстепенно.

Встреча с президентом Фото: Из личного архива героя публикации

Встреча с президентомФото: Из личного архива героя публикации

– Были ли у вас после Олимпиады обязательства?

– Встреча с президентом, главой Коми и визит в мой спортивный клуб ЦСКА. Сейчас я поняла, что эти обязательные встречи выхолащивают. Я все-таки привыкла жить в спорте, а не ходить на светские приемы, улыбаться и говорить всем, как все шикарно. Я просто хочу заниматься любимым делом, тренироваться, а остальное меня вообще не интересует.

– Как распорядились с подарком от правительства России – машиной BMW?

– Машина сейчас стоит в Екатеринбурге, так как пока что я живу там. Забавно, что у меня даже прав нет! Но я не переживаю по этому поводу. Кому водить – есть, а я посижу на пассажирском сидении. Но теперь я точно буду учиться на права.

– Предлагают ли вам рекламные контракты?

– Да. Сейчас многие скажут, что я соглашаюсь из-за денег, но это не совсем верно. Для меня рекламные контракты это не столько материальная выгода, сколько престиж. Сейчас мне поступило предложение от одной компании. Они не предлагают денег, но я хочу согласиться просто потому, что хочу с ними поработать и быть в их команде. Я откажусь, если мне предложат огромные деньги, а для меня это будет неинтересно.

– Вы читаете новости о себе в Интернете?

– Да, пишут только хорошее. Правда, иногда я замечаю, что в некоторых статьях авторы додумывают за меня. Мне это неприятно и из-за этого я начинаю отказываться от интервью. Мне легче самой выложить пост в соцсети и рассказать, что происходит в моей жизни.

– Какую оценку за сезон вам поставил ваш тренер Маркус Крамер?

– Как таковых оценок мы не ставим. Просто подводим итоги. Он сказал, что сезон был очень трудный. Мне даже кажется, что я бегаю не несколько месяцев, а несколько лет. Он сказал, что все было сделано правильно и я сильно подросла. Но всегда есть над чем работать.

– На каком языке вы с ним общаетесь?

– На английском. Я немного учила его в школе, но здесь очень помогла практика. Маркус свободно говорит. Его очень легко понять, а вот у меня сначала были проблемы с выражением своих мыслей на иностранном. Но потом этот барьер пропал. Теперь у меня проблема, что я привыкла именно к речи Маркуса, а других англоговорящих людей не всегда понимаю.

– Давали на Олимпиаде интервью на английском?

– Дала одно интервью. Но на Играх я из принципа не хотела говорить на иностранном языке. Исключение сделала для одного знакомого норвежского журналиста.

– Знаете другие иностранные языки? Может коми?

– Нет. Я хоть и родилась в Сосногорске, но у нас на нем немногие говорят.

– Как вы расслабляетесь после гонок?

– Люблю поесть. Часто готовлю для молодого человека. Причем, если я ем все, то он у меня привередливый мужчина.

– Вы видели, как после Олимпиады ваших подруг позвали замуж прямо в аэропорту?

– Да. Я была очень рада за девочек.

– А сами под венец собираетесь?

– Мы обсуждали этот вопрос с моим молодым человеком. И о детях говорим. Думаем, когда мне можно будет уходить в декрет. Мы постепенно идем к этому.

– Как вам удается поддерживать отношения на расстоянии?

– Иногда мы пересекаемся на соревнованиях и дома. Но зимой, конечно, разлуки очень долгие. Это очень тяжело.

– Многие спортсмены со временем меняют регион, за который выступают. Не думали об этом?

– Нет. Я живу Екатеринбурге, так как там живет мой молодой человек. Но это не значит, что я буду бегать за другой регион. Я четко даю понять, что не намерена менять Коми на что-то другое. У меня принцип – я хочу бегать за свою родину.

– Связываете ли вы свою карьеру после спорта с лыжными гонками?

– Мы предполагаем, но Бог располагает. Пока не строю планов, живу сегодняшним днем.

– У вас уже есть олимпийская медаль. К чему теперь будете стремиться?

– Ох, столько вариантов! Хочется больше стабильности в гонках, на этапах Кубка мира, на Чемпионате мира. Через четыре года будет уже новая Олимпиада. Будет стабильность – будет результат.

– Удачи вам!

– Спасибо!

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также