Очередная карикатура от «Комсомолки»: Коми-саженцы

Фото: Соцсети.

С 19 сентября наш регион забыл, что такое спокойная жизнь. Политическая, конечно. Сообщения об арестах высокопоставленных лиц и о новых уголовных делах появляются с регулярной периодичностью, их уже ждут и, что самое печальное, им уже не удивляются. Заштатный обывательский вопрос: «Ну, кто следующий?».

Господа и дамы

Главным событием минувшей недели стало уголовное дело в отношении ректора Сыктывкарского госуниверситета, депутата Госсовета Коми Марины Истиховской. Ее подозревают в превышении должностных полномочий. По версии следствия, в июне прошлого года ректор предоставила в аренду ООО «ТП «Бумажник» помещения университета, из более чем 3 тыс.кв.м. около 2300 кв.м. были переданы без оформления договора. Предварительный ущерб оценивается почти в 60 млн руб. Региональное отделение «Единой России» заявило о намерении приостановить членство г-жи Истиховской в партии, а суд временно отстранил подозреваемую от руководства вузом и назначил залог в 5 млн руб. Нужную сумму депутат внесла.

Не везет нынешнему созыву Госсовета. Из 30 избранных 13 сентября парламентариев Марина Истиховская стала третьей подследственной. Михаил Брагин и Игорь Ковзель, напомним, находятся в СИЗО. И все трое пока так и будут числиться депутатами — по закону предусмотрено 13 случаев, когда прекращаются полномочия парламентария. Среди них — добровольный отказ от мандата, уход из жизни (тьфу-тьфу-тьфу!) и, например, вступление в силу обвинительного приговора суда.

К слову, о Михаиле Брагине. В отношении него возбуждено уже три уголовных дела. К подозрениям о продаже мандатов в Совет Сыктывкара и лоббировании интересов бизнеса, учредителем которого депутат является, добавилось дело о воспрепятствовании законной предпринимательской деятельности.

А дома - лучше

Бывший мэр Сыктывкара Иван Поздеев отпущен под домашний арест. Ему запретили любое общение с внешним миром, кроме родственников, которые с ним живут. Следствие ходатайствовало о переводе Поздеева из СИЗО, аргументируя тем, что тот признал свою вину (а в отношении экс-мэра возбуждено четыре уголовных дела — все они так или иначе связаны с земельными участками под застройку) и начал сотрудничать со следствием.