
Ухтинскому фигуристу Дмитрию Алиеву удалось невероятное: завоевать награду высшей пробы на Олимпийских играх среди юниоров. В истории спорта Республики Коми его случай беспрецедентный. В свои 16 лет Дмитрий исполняет прыжки в четыре оборота и сложнейшие каскады. Будущий Плющенко, не меньше! При этом спортсмен самокритичен и требователен к самому себе. Воля, сила характера и вера в мечту — три слагаемых успеха нашего фигуриста.
График у спортсмена очень плотный: тренировки на льду, учеба, занятия по общей физподготовке. По окончании сезона Дмитрий Алиев вырвался в Ухту, к своей семье, и нашел время для интервью с корреспондентом «КП-Авиа».
Лыжи плюс коньки
- Дима, тебе, как сыну тренеров по лыжным гонкам, сам Бог велел устремиться по родительской стезе. Как ты оказался в фигурном катании?
- Изначально так и было. Уже в три года родители отвели меня на лыжню, то есть свои первые шаги в спорте я сделал именно на лыжах. И, знаете, достаточно долгое время занимался в лыжной секции: тренировался вместе с друзьями, отрабатывал технику лыжных стилей, старты и финиши. Но уже с первого класса я параллельно занимался фигурным катанием. Около пяти лет подряд я совмещал два вида спорта – это была хорошая школа развития выносливости и координации.
- Ты сам пришел в фигурное катание?
- Нет, меня пригласил тренер Максимов Вячеслав Евгеньевич. Однажды мы пересеклись возле спортшколы, я стоял и ждал отца, а он проходил мимо, подошел ко мне и просто сказал: «Дима, приходи на тренировку». Не знаю, случайно это было, или нет. Может, он прежде наблюдал за мной и разглядел задатки фигуриста... Но именно благодаря Вячеславу Евгеньевичу я впервые встал на коньки.

- А когда остро встал выбор: лыжные гонки или фигурное катание?
- Примерно в 11 лет, но к тому времени уже стало очевидно, что фигурное катание – мой вид спорта, на льду я смогу в полной мере раскрыть свой спортивный потенциал. Тем более, что родители полностью меня поддерживали. Папа сам видел, насколько значимо для меня фигурное катание, с какой самоотдачей я тренируюсь, как мне хотелось развиваться именно в этом виде спорта.
- Наверное, на тот момент ты уже выполнял на льду нечто невероятное?
- Нет, только базовые элементы, сложнейший из них – аксель в 2,5 оборота. В Питере фигуристы в этом возрасте уже свободно исполняют тройные прыжки, а я их освоил только в 13-14 лет. Сейчас, оглядываясь назад, скажу: тройные прыжки – самое сложное и трудоемкое достижение в моей спортивной карьере. После тренировки я на бумаге записывал все свои ошибки — максимально подробно описывал все огрехи, чтобы проанализировать и осознать, что мешает.
Многие ошибочно считают, что фигуристы исполняют сложнейшие элементы автоматически, с закрытыми глазами. На самом деле, это не так. На каждый прыжок необходимо выйти сосредоточенным, с четким пониманием, как зайдешь на прыжок, как приземлишься, при этом важно не переусердствовать – это филигранная работа, совмещающая психологический настрой и работу тела.
- Давай вспомним еще один факт из твоей спортивной биографии: в 2012 году ты перешел на крытый каток. Прежде ты тренировался на простом уличном катке, который подходит для любителей фигурного катания, но не для профессионалов.
- Когда наработана база - это не так сложно, хотя определенные трудности были. Но только благодаря тренировкам на крытом льду я смог пробиться в большой спорт. Это было в 2012 или 2013 году, сейчас точно не помню. Нас, фигуристов из Коми, повезли на сборы в Санкт-Петербург. Я тогда тренировался под началом Лидии Константиновны Родионовой. В Питере выступали все ведущие фигуристы Коми, тренировались под руководством питерского тренера Ольги Григорьевой. После возвращения в Ухту мне позвонила Ольга Григорьева: «Срочно собирайся, поедешь в Питер на просмотр к Рукавицыну».
Тренер как отец
- Охарактеризуй Евгения Рукавицына как тренера – деспот или наставник. Кто он для тебя?
- Знаете, я только недавно начал задумываться об этом, а после чемпионата мира (Дмитрий неудачно откатал произвольную программу — от автора) и пришел к выводу: Евгений Владимирович для меня второй отец. Он с пониманием относится к моим проблемам и в трудной ситуации может найти подходящие слова — это крайне важно для спортсмена. Я чувствую, как он оберегает меня от любого негатива, настраивает на победу даже после поражений. На чемпионате мира, когда я с лидерских позиций «слетел» на шестое место, Евгений Владимирович подошел ко мне, обнял и сказал: «Дима, все только начинается. Не сдавайся.»

- И, все же, Рукавицын славится сложным характером.
- У меня никогда не возникало конфликтов с тренером. Трудности были связаны с психологическими проблемами. Первое время в Санкт-Петербурге я чувствовал себя очень одиноким: семья далеко, друзья остались в Ухте. Я даже не понимал, зачем мне все эти тренировки. Требования предъявлялись высокие, работать приходилось на пределе своих возможностей, но каждый раз, выходя на лед, я спрашивал себя: «Зачем мне это нужно?». Однажды наступил критический момент, когда хотелось все бросить и вернутся в Ухту. Я не хотел тренироваться, даже подумывал купить билет и поехать домой, к семье. Потом уже ко мне пришло осознание, как важно работать с полной самоотдачей, выполнять все по-максимуму, не жалея сил и самого себя. В фигурном катании, как и в любом виде спорта, важно перетерпеть: стиснуть зубы и через «не могу» работать над собой.
Первые стихи - маме
- Дима, я прочитала с десяток твоих интервью — каждый раз ты говоришь о высокой роли семьи в твоей жизни — родителей и брата.
- Мне повезло, я рос в очень дружной семье. С братом мы опора друг для друга, а вместе мы — помощники и самые надежные сыновья для своих родителей. Но сейчас, уже в Питере, я понимаю, как для меня важна поддержка семьи. Каждый раз, возвращаясь домой, я стараюсь провести с семьей как можно больше времени и хоть чем-нибудь помочь родителям. Недавно вместе с мамой проводили соревнования среди школьников (мама- тренер по лыжным гонкам – прим.авт.).
- Дима, ты пишешь стихи. Рискну предположить, что первое стихотворение ты посвятил родителям.
- Да, свое первое стихотворение я посвятил маме.
- Скажи, а когда впервые рука потянулась к перу?
- Наверное, лет в 12, а сейчас стихи для меня — важнейшая отдушина. Нередко у меня бывает такое настроение, когда хочется излить душу на бумаге. Каждое стихотворение — исповедь или молитва, то есть я всегда пишу о самом сокровенном.
- Не планируешь в будущем выпустить сборник?
- Я даже стесняюсь кому-то показывать свои стихи. Во-первых, не уверен в их качестве. Во-вторых, в моей лирике слишком много личного. Если я и пишу стихи, то исключительно для своих близких и самого себя. Это потребность моей души. Мои стихи не рассчитаны на широкий круг читателей и вряд ли принесут коммерческий успех.
Фигурное катание сродни искусству
- Раз уж речь зашла о личном, можно задать тебе такой вопрос: образ монаха на льду связан с твоим вероисповеданием?
- Напрямую нет. Я выхожу в образе католического монаха, а в нашей семье все придерживаются православной веры.
- Как рождаются твои образы для выступлений на льду?
- Каждый раз по-разному. Отправной точкой неизменно служит музыка. В этом году многие брали классику, поэтому мы решили не отступать от общей тенденции и тоже взяли такие строгие произведения: музыку из мюзикла «Нотр-Дам де Пари» и блюз на электрогитаре Гэри Мура. В работе над музыкальным материалом вырисовывается образ и формируется сюжет, который фигурист должен донести до зрителей. Каждое выступление — маленький спектакль, важно откатать программу, максимально сливаясь с музыкой.
Фигурное катание сродни искусству или находится на грани спорта и искусства. На льду я и актер, и спортсмен одновременно, причем судьи одинаково строго оценивают эмоциональную составляющую выступления и исполнение всех элементов.
- Какой из образов тебе особенно дорог?
- В каждый образ вкладываешь душу, поэтому любимчиков среди них нет. Я хорошо помню прошлогодние программы. Иногда, находит такое настроение, что прокручиваю прежние выступления в своей голове. Это даже полезно, вспоминаешь, что не получалось, проводишь работу над ошибками.
Когда есть цель
- Дима, тебе только 16 лет — самая пора веселья. Твои ровесники отдыхают в клубах, на вечеринках. Не бывает обидно, что ты посвящаешь свою молодость тренировкам?
- Мои ухтинские друзья, как вы сказали, не ограничивают себя в развлечениях. Завидую ли я им? Скорее — нет, ведь у меня есть большая цель в жизни. А когда есть цель, когда ежедневно к ней стремишься, нет ощущения праздности и пустоты жизни. Я выкладываюсь на тренировках, но твердо знаю: сегодня я сделал еще один шаг к пьедесталу почета.
Но я не считаю, что молодость проходит мимо меня. Спортсмены так же расслабляются. Раз в неделю мы с друзьями ходим в кино, в развлекательные центры, в кафе, в общем живем полной жизнью (смеется).
- Возможна ли дружба между спортсменами разных стран, ведь вы же соперники?
- Мы соперники исключительно на льду, а в повседневной жизни — простые ребята, никто не запрещает нам общаться и переписываться. Среди моих друзей немало иностранных фигуристов, но чаще других я переписываюсь и общаюсь со спортсменом из Израиля Даниэлем Самохиным. Он хорошо владеет русским и английским, поэтому нам не пришлось преодолевать языковой барьер. Общаемся по «Скайпу» или переписываемся в соцсетях.
- А сколько времени ты проводишь на льду?
- Ежедневно по 2-3 тренировки в день, то есть около 3-4 часов на льду — этого достаточно, чтобы оттачивать сложнейшие элементы фигурного катания, находится на пике формы. В перерывах бежим домой, чтобы позаниматься с репетитором. Обычно у меня по 2-3 урока в день: русский язык, математика, литература, биология и т. д.
- Какой твой любимый предмет?
- Физкультура, конечно же. Я уже решил, что в будущем свяжу свою жизнь со спортом. Обязательно буду поступать в Национальный государственный университет физической культуры, спорта и здоровья имени Петра Лесгафта, не получится — подам документы в любой другой спортивный вуз. Вне спорта я себя уже не представляю. Закончу выступать стану тренером по фигурному катанию. Уже сейчас хотелось бы попробовать поработать с детьми, но пока ограничиваюсь мастер-классами.

ДОСЬЕ
Алиев Дмитрий Сергеевич — российский фигурист.
Родился 1 июня 1999 года, в городе Ухте. Свои первые тренировки начал в 2005 году в спортивной школе №1, в которой его отец Сергей Владимирович Алиев занимал пост директора. Там он занимался под патронажем Вячеслава Максимова и Лидии Родионовой. В 2010 году фигурист начал принимать участие с различных соревнованиях и турнирах, но не демонстрировал высоких результатов. До 2012 года начал тренироваться на крытом катке.
Переломный год в карьере спортсмена — 2013, когда он переехал в Санкт-Петербург в группу известного тренера Евгения Рукавицына. Так начался отчет достижений Дмитрия Алиева в большом спорте. В сезоне 2013-14 годов спортсмен занял третье место на Мемориале Н.И. Панина. Спустя год Дмитрий завоевывает «серебро» на чемпионате Санкт-Петербурга и зональном первенстве. А участие в этапах юниорского Гран-При 2014 года в Японии и Словении принесли спортсмену сразу две бронзовые награды.
Сезон 2015-2016 годов - один из продуктивных. Дмитрий Алиев занимает второе место в финале юниорского Гра-при в Барселоне, становится обладателем «бронзы» в индивидуальном зачете и «золота» в соревнованиях команд на Юниорской Олимпиаде в Лиллехамере.
На сегодняшний день Дмитрий Алиев — сильнейший среди фигуристов-юниоров в России.
Сейчас, оглядываясь назад, скажу: тройные прыжки – самое сложное и трудоемкое достижение в моей спортивной карьере. После тренировки я на бумаге записывал все свои ошибки — максимально подробно описывал все огрехи, чтобы проанализировать и осознать, что мешает.
***
На каждый прыжок необходимо выйти сосредоточенным, с четким пониманием, как зайдешь на прыжок, как приземлишься, при этом важно не переусердствовать – это филигранная работа, совмещающая психологический настрой и работу тела.
***
Фигурное катание сродни искусству или находится на грани спорта и искусства. На льду я и актер, и спортсмен одновременно, причем судьи одинаково строго оценивают эмоциональную составляющую выступления и исполнение всех элементов.