
Фото: Наталия БЕШКАРЕВА.
В советские времена из Сыктывкара в разные уголки республики и России пассажиры летали на Ан-2 и Ан-24, управляла которыми первая в Коми женщина-летчик Галина Дубровская. Вторым пилотом, а затем командиром воздушного судна она провела в небе 8 000 часов! О первом и последнем полете, о поселившемся в сердце чувстве небесного счастья и вере, что самолеты будут ассоциироваться только с хорошими новостями Галина Анатольевна рассказала «КП-Коми».
15 минут до Корткероса
Сыктывкар в 50-е годы, вспоминает детство Галина Дубровская, был маленьким, деревянным и домашним. Ребятишки грезили о небе и каждый день бегали к аэродрому. Сложно представить, но тогда вдоль взлетки росла картошка и паслись козы, а в день военно-воздушных сил людей катали на самолетах бесплатно!
– Родителей окружали активисты, комсомольцы, и это очень сильно повлияло на мои мечты. Я по-детски была влюблена в друга семьи – летчика Михаила Голобородов. Он играл на аккордеоне и сажал меня на колени. Связанный с авиацией дядя Саша однажды смастерил мне деревянный самолетик с колесиками, хвостовым оперением, пропеллером из жестянки. Это была моя любимая игрушка! – вспоминает Галина.
В школе девочка посещала аэроклуб при ДОСААФ Сыктывкара. Затем выпускница училась летать и прыгать с парашютом в Кирове. Первый самостоятельный полет прошел за штурвалом Як-18а.

Фото: Наталия БЕШКАРЕВА.
– Запустила двигатель, взлетела, обернулась и вспомнила, что я одна в кабине без «папы»-инструктора, который мог бы помочь. От волнения чуть не выполнила перелет – едва не посадила самолет не там, где положено. На ВПР (Высота принятия решения. – Прим. авт.) ушла на второй круг, выполнила очередной заход и приземлила Як-18 точно в цель! Ко мне бегут ребята, девчата, инструктор, кричат: молодец! Это было ощущение небесного счастья. Его невозможно передать, оно до сих пор во мне живет, – вспоминает летчица.
После аэроклуба сыктывкарка выдержала огромный конкурс в калужскую летно-техническую школу, а затем приехала на родину, где стала членом большой семьи лётного отряда. В советское время местная авиация переживала расцвет – невидимая глазу авиасеть окутывала всю республику.
– На Ан-2 мы летали в Корткерос, целых 15 минут! Садились, набирали пассажиров и дальше – Борогодск, Нившера, Усть-Кулом, Усть-Нем, Помоздино, Троицко-Печорск, Ижемский район. Перемещались во все уголки Коми и европейской части России, – гордится Галина Анатольевна.

«Ну зачем ты пошла в авиацию»
Представительницу прекрасного пола в отряде приняли тепло, но некоторое время относились настороженно. Да и немудрено – в 70-е годы в Союзе по пальцам можно было пересчитать женщин-водителей авто, не говоря уже о летчицах.
– Иногда звучали беззлобные высказывания «Ну зачем ты пошла в авиацию, не женское это дело». При этом мужчины устраивали негласные соревнования под кодовым названием «Помочь Галочке». Было, конечно, всякое. Один летчик как-то высказал: «Женщина на корабле – быть беде». Ребята его сразу обрезали: «Да ты что! Вон Галка как у нас хорошо работает. Ты с ней полетай, еще посмотрим, кто выйдет победителем из той или иной ситуации», – рассказывает Галина Анатольевна.

Фото: Наталия БЕШКАРЕВА.
Тем не менее, коллеги всегда спешили на выручку летчице и окружали вниманием с избытком. Из всех бравых мужчин в форме Галина выбрала скромного штурмана Валерия Дубровского. Они прожили вместе 36 лет и подарили миру двоих детей. В 2010 году штурман ушел из жизни после продолжительной болезни.
Страх и трагедии
Полеты, когда приходилось действовать на пределе физических и эмоциональных возможностей и выходить из трудных ситуаций победителем запомнились летчице больше всего.
– Мне нравилось летать в сложных метеоусловиях: например, гроза, ты видишь на локаторе светящиеся точки грозовых облаков и направляешь борт аккурат между ними. Или во время сильного бокового ветра выравниваешь самолет при посадке и аккуратно припечатываешь его к бетонной полосе, – рассказывает летчица.

Страха не было, эта эмоция неприемлема для летчиков. Но на земле при анализе полетов иногда закрадывалась тревога – а вдруг?..
– Не у всех заканчивалось все хорошо. Брат мужа Владимир Дубровский был командиром Ту-134, который потерпел крушение под Сыктывкаром летом 1986-го из-за пожара на борту. Эта авиакатастрофа унесла жизни 54 человек! Владимир остался инвалидом и больше никогда не летал, – вспоминает она.
Авиация, красота и… баночка варенья
Женщина в авиации в первую очередь была летчицей, а уже потом представительницей прекрасного пола. Галина сознательно отказалась от косметики, сережек и маникюра, юбку заменила на брюки – все эти приметы женского мира шли вразрез с понятием удобства. Единственное железное «нельзя» в авиации – запрет носить обручальные кольца. Это табу написано реальными трагическими случаями.
– Еще в училище после полетов мы с грузовых машин спрыгивали на землю. Одна девушка зацепилась обручальным кольцом за железную конструкция на борту и… потеряла палец, – вспомнила летчица.

Фото: Наталия БЕШКАРЕВА.
Еще в советские времена существовало особое понятие «слетанность экипажа»: командир, второй пилот, штурман, бортмеханик должны были с полувзгляда понимать друг друга, прям как разведчики в фильмах про войну.
– Когда экипаж слетан, то вероятность ЧП уменьшается. Конечно, в советское время было немало трагедий, но тем не менее слетанность давала право чувствовать себя защищенным. Ты думал – да, с этими я точно долечу, – отмечает Галина Анатольевна.
Слетанность была невидимой защитой и для пассажиров. Ведь многих пилотов жители маленького Сыктывкара знали в лицо. Когда летчики шли по салону (на Ан-24 выход проходил между рядов), в благодарность за полет пассажиры протягивали рыбу или баночку с ягодами – очень трогательно!
Небо не отпускает
В 1990 году Галина Дубровская была в авиации уже 25 лет. В свои 40 решила уйти на пенсию, чтобы чаще видеть детей.
– Последний полет совершила спокойно. Коллеги удивились: «Галочка, ты чего нас покидаешь?». Ответила, что уступаю дорогу молодым. Ребята проводили пышно, скинулись на кухонный гарнитур «Дубровчанка», о котором мечтала, и пыжиковую шапку, – рассказывает летчица.
После Галина Анатольевна еще десять лет отработала в авиационно-технической базе. На заслуженном отдыхе не скучает – встречается с коллегами, много гуляет. Но громкие новости о трагедиях в небе тревожат душу.
– Дилетанты с утра до вечера обсуждают каждое действие или бездействие экипажа. Я смотрю на это как профессионал. Мы с коллегами ставим во главу угла одно – комиссия разберется, до этого свои предположения оставим. Очень много негатива, надо больше о хорошем говорить, – считает Галина Анатольевна.

Сегодня Галина Анатольевна не летает уже почти 30 лет, а небо снится но ночам, не отпускает. Как-то давно она летела в Ухту пассажиром. К ней подошел бывший коллега, командир борта и спросил: «Галочка, хочешь с нами в кабину?».
– Я зашла и разревелась. Даже сейчас помню эти чувства. Вышла и больше никогда в кабину Ан-24 не заходила, хотя могла. Иногда меня спрашивают: «А ты бы смогла взлететь сейчас?». Смогла бы! Это, наверно, в каждого летчика крепко вросло.
КСТАТИ
Галина Дубровская – не единственная женщина-пилот в Коми. В страницы истории региональной авиации вписаны имена пилотесс Ан-2 и Як-40 Анны Вальтер и Валентины Николаевой, вертолетчицы Ольги Матвеевой. После ухода Галины Анатольевны на пенсию больше ни одна женщина не рискнула примерить роль пилота на местных авиалиниях.
Что за праздник?
2 ноября 1929 года приказом Управления Всероссийского общества «Добролёт» была утверждена авиалиния Архангельск – Усть-Сысольск. Эту дату принято считать днем рождения гражданской авиации в Коми.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Первый летчик республики и герои неба: пять наивных вопросов о коми авиации
В истории нашего воздушного флота есть много интересных страниц (подробности).