Общество12 октября 2021 16:40

Младенцы в проруби, отказ от денег, бои богословами: как жили старообрядцы в низовьях Илыча

Многие из них в середине прошлого века перебрались на Печору
Подготовлено по материалам книги краеведа Галины Уляшовой «Там, где течёт Илыч»
Старообрядцы с верховьев Печоры Афанасьев Фёдор Константинович с женой Олёной. 1920-е годы. Фото: музей "Родное Приуралье"

Старообрядцы с верховьев Печоры Афанасьев Фёдор Константинович с женой Олёной. 1920-е годы. Фото: музей "Родное Приуралье"

Большинство верующих коми по своему вероисповеданию православные – большую роль в христианизации сыграл уроженец. Устюга монах Стефан Пермский в XIV веке. Часть коми, населяющих районы средней и нижней Печоры, смешавшись с потомками русских старообрядцев, придерживались и старообрядческой веры.

Старообрядческий скит («гöп керка» – изба в низине) на реке Косью (правый приток Илыча). Июнь 2004 г. Фото: Галина Уляшова

Старообрядческий скит («гöп керка» – изба в низине) на реке Косью (правый приток Илыча). Июнь 2004 г. Фото: Галина Уляшова

Разногласия толков

Население низовьев Илыча в большинстве своём придерживалось официального православия, в то время как глухие верховья заселяли старообрядцы различных беспоповских толков – выходцы из Пермской губернии и Поморы. Активное заселение старообрядцами верховьев Илыча началось в ХIX веке. По рассказам старожилов, переселение старообрядцев в эти места продолжалось и после гражданской войны — из Пермской и Свердловской областей. Случалось, в одной старообрядческой семье представители старшего поколения проповедовали разную веру.

Разногласия и разделения на религиозной почве происходили не только внутри отдельных семей, но порой затрагивали целые общины и деревни. Наставники различных толков сходились в какой-либо деревне, где между ними происходили ожесточённые споры по тем или иным религиозным вопросам. Эти споры иногда продолжались до глубокой ночи. И бывали случаи, когда во время ожесточённой словесной дуэли они начинали друг друга колотить увесистыми старообрядческими книгами. А вес у них был немалый!

Но было и много общего в этих старообрядческих течениях. И те, и другие не признавали никонианскую веру, попов. Поп, по их верованиям, поклоняющийся разукрашенным картинкам, – так они с презрением отзывались о православных (новообрядческих) иконах – не может говорить правду о настоящей вере, и всё, что он проповедует, – ложь.

Постятся все!

Старообрядцы-скрытники строго соблюдали посты, и с детства приучали поститься своих детей. Несмотря на то, что в доме всегда было в изобилии и мясо, и рыба, и молоко – эти продукты были под строгим запретом в период Великого поста. Лишь на Благовещенье и в субботу, в канун Вербного Воскресения, позволялось «дать организму слабинку» – поесть рыбу. Рыба разрешалась в Петров и Филиппов пост, перед Рождеством. Для приготовления пищи использовали исключительно только постное масло и рыбий жир. Ели картошку, мочёную бруснику, пареную репу, грибы, варили «шти» – отваривали в воде перловку, добавляли немного закваски, получался жиденький супчик. Пили морковный чай, варили кисель «бурдук».

Крещение в проруби

Крещение принимали в реке. Речная вода, по мнению старообрядцев, святая, очищает человека от всяких грехов. Житель деревни Сарьюдин Александр Мезенцев, рассказывая о старообрядчестве Ниофиту Попову, утверждал, что этот обряд крещения принёс в илычские края после революции скрывавшийся от властей белый офицер.

Зачастую крещение в реке приводило к смертельному исходу. В деревне Максим жила семья Ичöт Петыра – Бажукова Петра Петровича (1874 – 1957), глава семейства был внуком основателя деревни. Вместе с женой Пелагеей Ефимовной родили 25 детей (из них двойняшки рождались лишь дважды), из всех детей выжили только трое: сын и две дочери.

Старшую дочь Наталью в 20 лет выдали замуж за старообрядца Ивана Мезенцева, жившего в деревне Зелёный Луг. За десять лет замужества она родила 11 детей. Последний раз разрешилась двойней. Тот холодный январский день 1934 года оказался роковым не только для роженицы, но и для появившихся на свет младенцев. Старики посчитали рождение двойни происками нечистой силы. Роженицу схватили, в лютую стужу вместе с новорождёнными повели на прорубь искупать – принять новое крещение и снять грехи с матери и её детей. Мужа в тот день не оказалось дома: он был на охоте. Заступиться было некому. Один из младенцев замёрз тут же, возле проруби. А другой сын выжил. В тяжёлых муках умирала 30-летняя Наталья, десять детей остались сиротами.

Лучшей защитой в лесной избушке от пожара, стихийных бедствий у старообрядцев считалась не «домашняя» икона или литой образок, а резная деревянная икона. Дер. Сарьюдин, Троицко-Печорский район. Фото: музей "Родное Приуралье"

Лучшей защитой в лесной избушке от пожара, стихийных бедствий у старообрядцев считалась не «домашняя» икона или литой образок, а резная деревянная икона. Дер. Сарьюдин, Троицко-Печорский район. Фото: музей "Родное Приуралье"

Совершив обряд крещения в реке, старообрядцы-скрытники выходили из воды совершенно чистыми перед Богом, брали новое имя, отрекались от всего мирского и посвящали себя служению Господу. Пожилые отказывались от пенсий (непризнание денежных знаков – одно из требований страннического согласия). Вместе с тем, если человек умирал, не успев пройти крещение, его не поминали даже близкие, пренебрежительно называли «шой» – буквально труп. Гроб с усопшим держали в чулане, а потом хоронили без почестей: за кладбищенской оградой, без креста на могиле. Отрицали старообрядцы-скрытники и саму церковь, предпочитая вести службу в молельных домах (юрбитан керка), которые были почти в каждом погосте, в каждой деревушке.

Многие старообрядцы в середине прошлого века покинули Илыч и перебрались на Печору – в деревню Скаляп и село Покчу Троицко-Печорского района. Если все члены семьи умирали и старообрядец оставался один, он мог прибегнуть к крайности – похоронить себя заживо в землянке. Для этого вкапывали четыре столба, поверху устанавливали увесистую крышу. Человек подрубал топором столбы, и конструкция становилась ему могилой.

Строгий порядок

Охотник-промысловик Василий Кузнецов, уроженец деревни Габэ, более 50 лет ходил по тайге, промышлял зверя, ловил рыбу. Однажды в 1970-ых годах, проходя выше своих угодий, набрёл он на старообрядческий скит: четыре дома были совсем крохотные – однокомнатные, а одна изба была побольше – двухкомнатная. Все дома и амбары стояли почти рядом. Строения были крепкие, но войдя в один из домов, охотник понял, что там давно никто уже не живёт. Чувствовалось, что хозяева придерживались строгого порядка во всём. Одна стена была вся увешана иконами. На полке лежали несколько библий в кожаном переплёте, на столе стояла 5-линейная лампа с тонким стеклом. Было припасено много керосина, на полу лежали два-три ледоруба.

Деревянная стойка с крюками, на которые подвешивали котелки. ( Из старообрядческого скита по Косью). Фото: музей "Родное Приуралье"

Деревянная стойка с крюками, на которые подвешивали котелки. ( Из старообрядческого скита по Косью). Фото: музей "Родное Приуралье"

Неукоснительные правила

Старообрядцы проповедовали о близком конце света, воцарении в мире антихриста и лишении благодати. Осеняли себя двоеперстием (большой и безымянный пальцы с мизинцем складывали вместе; указательный и средний пальцы держали прямо). Читая молитву «Господи, Исусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас», обязательно нужно было правильно накладывать крест. Произнося «Господи», касались двуперстием лба, «Исусе Христе» – пупка, «Сыне Божий» – правого плеча, «помилуй нас» – левого плеча. После этого кланялись в пояс.

Собянины Пантелей Федотович и Екатерина Осиповна на Охотбазе. 1970-е годы. Фото: музей "Родное Приуралье"

Собянины Пантелей Федотович и Екатерина Осиповна на Охотбазе. 1970-е годы. Фото: музей "Родное Приуралье"

При чтении отдельных разделов «Начал» («Достойно есть» и т.д.) совершали земной поклон: опускались на колени и касались лбом пола. Во время постов все молитвы сопровождались земным поклоном, для чего использовали специальные подколенники и «подушечку для лба» (подручник). Чтоб не перепутать очередность молитвы и не пропустить какую-нибудь из них, старики постоянно перебирали лестовку – ленту с попарно вшитыми на ней 100 горошинами (бобочки) – старообрядческие четки.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Невидимые существа и загадочные нападения: охотники Коми – о встречах с хозяевами лесных избушек

О том, как жить по соседству с суседко, знают промысловики Илыча (подробности)