Бывший замглавы Коми Алексей Чернов рассказал о показаниях засекреченного свидетеля Тихона Хренникова в своем деле

Экс-замглавы Коми Алексей Чернов. Фото с сайта правительства республики

Экс-замглавы Коми Алексей Чернов продолжил выступать на прениях на апелляционном заседание в Московском городском суде. Фигурант «дела Гайзера» усомнился в правомерности некоторых документов и показаний, которые легли в основу приговора. Об этом пишет «БНК».

Первым Алексей Чернов начал разбирать рапорт полковника УФСБ по Коми.

— Том 6, лист дела 64 и 65 [уголовного дела] посвящены мне и Павлу Марущаку. [В нем говорится,] что мы создали в Республике Коми несменяемость власти, контроль над СМИ и увеличили срок нахождения губернаторов у власти. У меня впечатление, что это писали в Фонде борьбы с коррупцией во главе с Навальным. Также была статья Анатолий Полькина в газете [«Красное Знамя»], опубликованная в 2013 году, которую Кировский суд приобщил как основание для возбуждения уголовного дела. Допрошенный в суде Анатолий Полькин пояснил, что статью ему предоставил замминистра МВД по Коми. Содержащиеся в ней факты Анатолий Полькин не проверял. Я обратился в прокуратуру и администрацию главы Коми с просьбой провести на основании этой статьи проверку в отношении меня самого. Проверку правоохранительные органы проводили в полном объеме. Нарушений не обнаружено. Однако эта статья легла в материалы, по которым было инициировано возбуждение уголовного дела.

Сомнения у Алексея Чернова также вызвали справка по деятельности «Фонда поддержки инновационных проектов Коми». Её подготовил эксперт Александр Алешин. Он в суде признал, что с июня по сентябрь 2015 года давал письменные разъяснения сотрудникам правоохранительных органов по поводу «моделирования разумности поведения фонда». Экс-замглавы республики считает, что Александр Алешин не иметь права давать разъяснения, так как у него не было доступа к секретным материалам следствия. Сыктывкарский горсуд рассекретил материалы только 18 сентября 2015 года, Александр Алешин работал с ними тремя месяцами ранее.

По словам Алексея Чернова, в то же время к материалам дела приобщили показания засекреченного свидетеля под псевдонимом Тихон Хренников. Их представил следователь в суд при аресте экс-мэра Ухты Олега Казарцева в 2013 году.

— Эти показания не имели отношения к Олегу Казарцеву, а касались в основном меня и Павла Марущака. В них говорилось, что мы — душители свободной прессы, фальсификаторы выборов и так далее. Было сказано, что мы создали организованную политическую группу, которая в этих показаниях постепенно стала сокращаться как ОПГ. Показания «Хренникова» поступили в администрацию главы Коми в качестве жалобы на меня. Их подписал Василий Володарский. Этот документ оказался фиктивным, но тоже лег в основу обвинения. Сажать надо с уважением к ремеслу, красиво, — призвал осужденный.

Как повод к уголовному преследованию, отметил Алексей Чернов, следствие использовало справку Росфинмониторинга, где содержалась пометка, что сведения требуют проверки. Именно из-за этих документов, уверен фигурант «дела Гайзера», зрители в 2015 году увидели репортажи об изъятых у него килограммах золота.

Во время прений Алексей Чернов привел и другие претензии к органам следствия и к тому, как проходил судебный процесс.

— Замоскворецкий суд столкнулся с методикой органов предварительного следствия, которая заключается в том, что было создано уголовное дело почти на 500 томов, которые можно было уместить в 20, и обвинительное заключение, написанное миллиметровым кеглем на 20 страницах. Вот это все поступило в Генеральную прокуратуру. Я с уважением отношусь с Генеральной прокуратуре. Но я не верю, что кто-то за месяц даже по диагонали прочитал эти тома, — отметил осужденный.

Алексей Чернов подчеркнул, что сразу несколько свидетелей по делу заявили, что следователи правили показания допрашиваемых как считали нужным. Об этом говорили бывший заместитель председателя правительства Коми Константин Ромаданов и личный финансовый управляющий Александра Зарубина Демьян Москвин.

По его словам, прокурор в ходе судебного процесса в первой инстанции всячески препятствовал оглашению показаний свидетелей, в том числе стороны обвинения. Алексей Чернов указал на нелогичность ситуации, когда обвинение, а затем и суд не дают подсудимым огласить материалы, имеющиеся в уголовном деле. Это привело к тому, что подсудимые не могли предъявить допрашиваемым свидетелям документы, имеющие доказательное значение.

В целом экс-замглавы республики признал, что в Замоскворецком суде была в полной мере обеспечена состязательность сторон. Но Алексей Чернов недоумевал, что районный суд полностью проигнорировал протоколы его очных ставок с другими обвиняемыми и отдал приоритет показаниям подсудимых на предварительном следствии, а не показаниям, полученным в суде.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Мосгорсуд отменил приговор экс-зампредседателю правительства Коми Константину Ромаданову

Его дело передадут на новое рассмотрение (подробности)