2020-05-20T15:15:10+03:00

«Психологически непросто работать с больными, у которых почти не осталось легочной ткани»: врач из Сыктывкара о работе с COVID–19

Уроженка Коми Екатерина Мошкова работает с пациентами в Санкт-Петербурге
Поделиться:
Комментарии: comments3
Фото из архива Екатерины МошковойФото из архива Екатерины Мошковой
Изменить размер текста:

Число зараженных коронавирусом в Коми перевалило за тысячу человек. Однако все больше жителей региона перестают соблюдать режим самоизоляции, не носят маски, не пользуются антисептиком и даже не верят, что COVID-19 существует. Уроженка Сыктывкара, врач Екатерина Мошкова, которая помогает пациентам с коронавирусом в Санкт-Петербурге и знает не понаслышке о беспощадности вируса, рассказала о своей работе журналисту «КП-Коми».

По соображениям совести

До переезда в культурную столицу России трудилась участковым врачом-терапевтов в Сыктывкаре. В прошлом году поступила в Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет имени академика И.П. Павлова для учебы в ординатуре. Моя специальность – пульмонология, то есть заболевания легких. Сейчас работаю врачом-стажером в одной и городских больниц Санкт-Петербурга.

Я студент и помогаю бороться с эпидемией чисто из соображений совести. Ординатору пульмонологии оставаться в стороне в непростое время было бы просто неправильно. Решение лечить инфицированных пациентов я приняла практически сразу. Но я имею возможность в любое время отказаться от работы с COVID–19. Тогда меня просто из инфекционного стационара переведут работать с другими по профилю пациентами.

Защитное обмундирование

Рабочий день начинается в 9 утра и длится 9-10 часов. Врачей от инфекции защищает специальный костюм и респиратор. Я осматриваю и опрашиваю пациентов в отделении, назначаю им обследование, устанавливаю диагноз и, конечно же, лечу.

Врачам во время работы достаточно жарко - в респираторах не так легко дышать, а в щитках зачастую плохо видно. Да и пациентам, наверное, страшно разговаривать с такими врачами, так как в защитном обмундировании мы для них становимся обезличенными. Поэтому стараемся представляться каждый раз, чтобы нас узнавали. Кто-то пишет на костюме свое имя.

Иногда тяжело отдышаться после часов ношения респиратора, чувствую одышку. Побочный эффект защиты - першение или боли в горле, заложенность носа, мозоли на переносице. В целом после смены я успеваю отдохнуть и восстановиться, чтобы со свежими силами приступить к работе. Однако у нас трудятся врачи разных возрастов, некоторым приходится сложнее.

Пациенты

Я работаю с пациентами, которые находятся в средне-тяжелом или тяжелом состоянии. Конечно, часто им нужна психологическая поддержка, уверенность в том, что всё будет хорошо. Многие, начитавшись в интернете всяких мифов, начинают паниковать. Я всегда пытаюсь донести до пациента понятным языком, как дело обстоит на самом деле, подбодрить его, стимулировать желание выздороветь.

Безусловно для меня тоже психологически непросто работать с тяжелыми больными, у которых почти не остается легочной ткани. Морально тяжело наблюдать за пациентами, у которых в этой же или другой больнице уже умер родственник от коронавируса, а пациент больше не верит, что спасется сам, да еще и страдает от боли потери... В таких ситуациях трудно отстраниться, как мне обычно советуют, трудно быть только врачом. Каждый пациент - это человек со своей жизнью, своей судьбой. И, в любом случае, он станет частью жизни врача.

Теории коронавирусного заговора

Насчет людей, которые не верят в существование вируса... В Санкт-Петербурге я таких не встречала, так как общаюсь в основном только с врачами и пациентами. Им-то как раз и не приходится сомневаться, что COVID–19 существует.

Но сторонников теории всемирного обмана и заговора много в социальных сетях. Самое страшное, что они пытаются дезинформировать людей. Я обратила внимание на множество подобных постов. Несмотря на то, что обычно не участвую в интернет-дискуссиях, я не смогла спокойно наблюдать за информационным беспределом. Именно поэтому я написала пост, как обстоят дела на самом деле. Я решила, что это важно знать тем, кто сомневается. После опубликования поста мне стали писать люди, задавать вопросы о заболевании, о мерах защиты от него. Многие желали здоровья, успехов, терпения, что было приятно.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Сыктывкарец, выздоровевший от коронавируса: «Один день был совсем жутким. Думал, что все»

По ту сторону болезни правозащитник и юрист Виктор Торлопов рассказал «КП-Коми» о симптомах, лечении и пережитых страхах (подробности).

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также